ЗЕМНОЙ ПОКЛОН ВАМ И ЗДОРОВЬЯ, ВЕТЕРАНЫ!

В преддверии празднования 72-ой годовщины Великой Победы мы не можем не вспомнить о своём прошлом. Для кого-то эти воспоминания берут начало с наступления нового тысячелетия, когда истории о сражениях, в которых принимали участие прадеды, отражены уже только в книгах и кинофильмах. Для кого-то отправной точкой памяти являются семидесятые прошлого века. Тогда на улицах наших городов легко можно было встретить бодрых и полных сил ветеранов, которые иногда и неохотно, но всё-таки делились впечатлениями о суровых военных годах. Для кого-то же детством стала сама война и первое послевоенное время. Да, эти люди не ходили в атаки под вражескими пулями, не проливали свою кровь в боях за освобождение СССР и Европы от фашистской мрази. Но достаточно было и пролитого пота! Эти люди, как никакие другие, умеют ценить и доблесть своих родителей-фронтовиков, и хрупкую, долгожданную, изматывающую очередной проверкой на стойкость послевоенную жизнь!

Сегодня на страницах нашей газеты Вы прочитаете материал, вышедший из-под пера нашего внештатного сотрудника Людмилы Каменской, не понаслышке знающей о том, как поднималась страна после победы, как уставшие от войны родители, сменив гимнастёрки на рабочую одежду, продолжали любить и заново выстраивать жизнь. Тяжёлые сороковые и пятидесятые глазами ребёнка, а ныне опытного корреспондента.

 


 

Нет в России семьи такой,
Где б не памятен был свой герой.
И глаза молодых солдат
С фотографий увядших глядят…
(Е.Агранович)

Не обошла стороной война и нашу семью. Мой папа Виктор Алексеевич Томилин — фронтовик, участник финской войны, воевал под Ленинградом. Был контужен, ранен, имел много наград. Но о войне рассказывать не любил. Что о ней говорить — это боль, ужас, потери товарищей, разруха.

«Сидим вечером перед костром, все молодые, балагурим, мечтаем — скоро кончится война, вернёмся домой… А утром бой — и как в песне „Нас оставалось только трое из восемнадцати ребят“. Всё это никогда не забудется, но и вспоминать — раны бередить. Поверь, дочка, самое главное — это мир на земле!» Воевал и мой свёкор — Фома Петрович Каменский, и другие родственники. Повезло, хоть израненные, но вернулись домой.

Фому Петровича на Кубани ждала девушка Катя, ей он писал письма с фронта. У нас в семье сохранились эти пожелтевшие, но очень дорогие письма! О боях, товарищах писать не рекомендовалось, поэтому Фома пишет: «Катя! С фронтовым приветом к тебе, любящий друг Фома». Дальше масса наилучших пожеланий, приветов и просьба писать и ждать. Как молитву бойцы повторяли строчки К.Симонова: «Жди меня, и я вернусь…». Дождалась, поженились и «сродили» Лиду, Свету и Петра. Фома Петрович, работал учителем, любил читать. Катя работала в колхозе, была певуньей и очень позитивным человеком!

Виктор Алексеевич после войны тоже решил жениться. Папа признавался: «Как увидел стройненькую, молодую, красивую, кудрявую Зою, так и „пропал“ фронтовик на всю жизнь». Прожили они вместе почти 40 лет в любви и согласии. Папа пронёс трепетное, восхищённое чувство к маме через долгие годы. Любил делать подарки, заботился, чтобы она больше отдыхала.

У мамы — Зои Ивановны судьба была не из лёгких, как у большинства её сверстников. В пятнадцать лет, в разгар войны, осталась сиротой, единственный брат Михаил воевал на фронте. Дошёл до Берлина без единой царапины, говорил: «Бог меня хранил для жизни и моей сиротушки-сестрёнки». После войны ударно работал в шахте, «настругали», как говорил мой папа, шесть пацанов.

Зоя пошла работать на шахту, но силёнок-то маловато. Выбивается девчонка из сил, пожалели. Отправили в столовую, поставили на раздачу. Мама без слёз не могла вспоминать то время: «Придут шахтёры на обед — чёрные от угля, уставшие, одни глаза светятся, а в них мольба — налей побольше. Наливала, а в конце смены — недостача». Ругали, она плакала, обещала исправиться. Но на другой день всё опять повторялось. Вот и отправили её разносить еду. «Обслуживать надо быстро, наставишь тарелок, еле тащишь». В этой столовой в г. Караганде, встретились Виктор и Зоя, решили пожениться. Поехали к его родителям за благословением. А жених шутит в духе послевоенного времени: «Я с виду только здоровяк, одна рука и нога откручиваются!». «Страшно мне было, лет-то всего 18, куда еду, что меня ждёт? Смотрю в окно и плачу» — вспоминала мама. Но всё обошлось — родители встретили хорошо. Свёкор, покручивая усы, довольно крякал и говорил: «Ух, молодец, Витька, красивую девку привёз».

Картина В.Капелько «За что воевали?»

Картина В.Капелько «За что воевали?»

Мне вспоминается картина В.Капелько «За что воевали?», где просто и мудро в картинках художник показал мечты воинов: жить под мирным небом, детей рожать, растить, работать. Началась семейная жизнь. Жили в коммунальной квартире, вместе с папиными родителями. Устроились на работу. Папу, как боевого фронтовика-коммуниста, назначили начальником электроподстанции, которая обеспечивала электроэнергией стратегически важный объект — депо железнодорожной станции. В этой должности папа и проработал до пенсии.

Ценили, уважали. Провинившихся он не наказывал рублём, считал это наказанием для семьи, находил другие моральные воздействия. Помню такую деталь его характера: боролся за экономию электроэнергии и на работе, и дома тоже, хотя за свет мы не платили. Я до сих пор не могу спокойно смотреть, как бесцельно «жгут» электроэнергию. Позже, когда мы стали жить в благоустроенной квартире, также бережно относились к расходованию воды, хотя не было никаких счётчиков. Была у старшего поколения замечательная черта — беречь общенародное добро, самоотверженно с полной отдачей трудиться с уверенностью в том, что завтра будет лучше, чем вчера. Наверное, поэтому страна быстрыми темпами преодолевала послевоенную разруху.

Мама пошла работать на метеостанцию. Снимать показания с приборов надо было круглосуточно. Метеобудки находились далеко от самой станции. Мама вспоминала: «Ночью в пургу, в дождь, никого вокруг, страшно, но не дай бог пропустить время, плачешь, а идёшь». Ведь никто бы не узнал, но ответственность и совесть не позволяли. Объясняя причины поражений в войне, один из военных немецких боссов признал, что народ с такой чистотой нравственностью, любовью к Родине невозможно победить! Такое было поколение! «Гвозди б делать из этих людей: Крепче б не было в мире гвоздей» — Н.С.Тихонов.

Позже, маму перевели на работу в аэропорт, откуда она и ушла на пенсию с должности начальника отдела перевозок. Работу свою любила. И она ей «отвечала» тем же. До сих пор храню целую папку различных почётных грамот, благодарностей.

Зарплаты были небольшие, хотелось жить лучше и люди не ленились, держали подсобное хозяйство в сарайчиках, во дворе дома. Родители выращивали свиней, обеспечивая семью салом и мясом, приплод и мясо частично продавали.

Виктор Томилин, 1945 г.

Виктор Томилин, 1945 г.

Из коммунальной жизни с соседями помню несколько ярких эпизодов. Жили дружно, может и были распри, но я их не помню. В тёплое время года гуляли по праздникам всем домом. Ставили во двор столы, обязательно на столе был винегрет, отварная картошка, солёное сало, домашние разносолы, холодец. Несли на стол кто что мог. Обычно не напивались — рядом были жёны, родители, дети бегали тут же во дворе. И обязательно пели. До сих пор помню «Катюшу», «Жди меня», «Валенки», «Синенький скромный платочек» и много других красивых и душевных песен. На День Победы маму просили спеть песню «Враги сожгли родную хату», там такие пронзительные слова:

Враги сожгли родную хату,
Сгубили всю его семью.
Куда ж теперь идти солдату,
Кому нести печаль свою?
Нашёл солдат в широком поле
Травой заросший бугорок.
Сказал солдат: «Встречай, Прасковья,
Героя — мужа своего.
И с болью в сердце говорил:
«Я шел к тебе четыре года,
Я три державы покорил».
И на груди его светилась
Медаль за город Будапешт.

Мама пела сердцем, проникновенно! Недавно закончилась война, свежи были раны, миллионы советских людей прошли через всё это. Слушая песню, взрослые и дети плакали. Папа очень любил «Коробейники». Музыкального слуха и голоса не было, но петь любил! В доме был патефон, на нём «крутили» пластинки — пела Л.Русланова, К.Шульженко, Л.Утёсов. Эти посиделки за столом, разговоры, песни, уверенность в светлом будущем сплачивали людей.

Не было во дворе «чужих детей». Каждый взрослый был в ответе за их поведение — своего или «дяди Саши». В памяти всплывают детские, но чем-то задевшие мою душу моменты. Сосед по коммуналке дядя Жора, ещё молодой с чёрными жгучими кудрями, наполовину седой, тоже фронтовик, работал машинистом паровоза. Это была тогда почётная должность. Он любил эту дымящую, пыхтящую и гудящую машину. Восхищался: «Это надо же такое придумать — создать пар и заставить его работать, двигать такую махину!». А в свободное время вечерами, когда кухонька была свободна, он любил играть на скрипочке, а моя мама под неё пела. Я сидела в уголке, впитывала эту гармонию и видела, какой радостью светятся их лица!

А вот другая картинка. Зима, общий коридор, поздний вечер. Стоит стол (притащили с кухни), на нём две табуретки, на них закутанные сидят — моя бабуля Ефросинья и мама. Накал лампочки слаб, поэтому и сидят под потолком и читают книгу «Джейн Эйр». Тихонько обсуждают, жалеют героиню, заливаются слезами. В углу коридора стоит бочка с водой, подёрнутой ледком. Выходит дед Алексей в одном исподнем, разбивает ковшом лёд, пьёт воду, крякая и подкручивая усы, «приветствует дам»: «Эта молодая, а ты старая — сидят, плачут… завтра дел полно». «Да уж, действительно пора, Зоюшка» — говорит бабуля. Меня восхищает в старшем поколении неуёмное стремление, несмотря на все тяготы жизни, к книгам, к песням, к искусству! Им «песня строить и жить помогала»!

Весной, на 7 лет, родители подарили мне первое настоящее пальто! Побежала на улицу, иду не дышу, вся из себя в светло-сером чуде. Ребята «оценили», позвали покататься на плотах из пропитанных креозотом старых железнодорожных шпал. Отказывалась, но искус велик. Согласилась. Плот качнуло, не удержалась… и села на плот во всём наряде! Что было дома — рассказывать не надо, тоже было «чудненько»!

В 1953 году, умер Сталин, об этом узнали по радио. На улице на столбах висели «чёрные тарелки». Из них и вещали. Все люди вокруг плакали — «как будем жить без него, что будет?». Я была ещё мала и не плакала, говорила маме — побей меня, и я заплачу. Это страницы истории нашей жизни в нашей стране, так было.

Время шло, настала пора идти в школу. Несмотря на материальные трудности всё было по правилам — белый бант, форма школьная, белый фартук и цветы. В конце первого класса лучших учеников принимали в октябрята. Прикалывали на форму значок в виде красной звездочки с изображением юного Ленина. Это было почётно и ответственно, ведь октябрята — прилежные ребята, любят Родину, школу, уважают старших.

Нравственное воспитание закладывалось с малых лет. В 3 классе лучших ребят принимали в пионеры. Мы заучивали пионерскую клятву — «Я юный пионер Советского Союза, клянусь…».

Это было волнительное и запоминающееся событие. Ведь клятву мы давали перед лицом своих товарищей, перед учителями, родителями. Разве мыслимо было, нарушить это обещание и не выполнять Ленинские заветы? Пионерам повязывали красный галстук — символ пролитой красной крови нашими предками за свободу и независимость Родины. «Как повяжешь галстук — береги его, он ведь со знаменем цвета одного». Берегли. Каждый день утюжили. Если забудешь, не повяжешь галстук, дежурные могли не пустить в школу, бежишь домой. Школьная жизнь кипела: собирали металлом, макулатуру, выпускали стенгазету, были тимуровцами, ещё кружок по фото и танцевать охота! После уроков — улица. Самое страшное наказание — не пойдёшь на улицу. В какие мы только игры не играли! Мы дети войны, и многие игры у нас были «боевыми»: «Войнушка», «Казаки-разбойники», «Зарница». Были и мирные. Как только сходил снег, весь асфальт был расчерчен мелками на квадратики — «Классики». Ещё «Прятки», «Скакалочки», «Третий лишний», «Ручеёк», «Лапта» (часто в игру включались и взрослые), «12 палочек» и многие другие. Главное — все игры подвижные и на воздухе!

Шла обычная мирная жизнь. Родители работали, поднимали страну из руин, мы учились, играли, помогали старшим. Страх войны, ужас пережитого въелся в души не только взрослых, но и детей. Когда по радио передавали о военных действиях где-либо, я бросала играть и бежала к родителям — а они за нас? — за нас, за нас, говорили они, чтобы успокоить меня. Все жили с одной мыслью — лишь бы не было войны.

Памятник «Воин-освободитель» в Трептов-парке

Памятник «Воин-освободитель» в Трептов-парке

Яркий, солнечный, цветущий май, 1980 год. Мы в Берлине, в Трептов-парке, перед бронзовой фигурой Советскому солдату, стоящему на обломках свастики. В одной руке опущенный меч, в другой — спасённая немецкая девочка. Монумент «Воин-освободитель» — это символ победы советского народа в Великой Отечественной войне и освобождения народов Европы от нацизма. Открыт 8 мая 1950 года.

В Берлине в праздничную дату
Был воздвигнут, чтоб стоять века,
Памятник Советскому солдату
С девочкой, спасённой на руках.
Он стоит, как символ нашей славы,
Как маяк, светящийся во мгле.
Это он солдат моей державы,
Охраняет мир на всей земле.
Г.Рублёв

Семья фронтовика В.Томилина (В.Томилин-слева, З.Томилина-справа). Казахстан, г. Жезказган, 30-летие победы (1975 г.)

Семья фронтовика В.Томилина (В.Томилин-слева, З.Томилина-справа). Казахстан, г. Жезказган, 30-летие победы (1975 г.)

Смотрю на молоденького воина-солдата и плачу… Переполняет душу боль! Столько погибло людей, недожив до своей Весны, недолюбив. И гордость за Родину, за народ-победитель, за своего отца! Папа отпраздновал только тридцать девять славных лет со дня Великой Победы, сказались фронтовые раны. К этому празднику он готовился заранее. Это был священный ритуал. Начищал свои награды, вспоминал боевых товарищей. И вот уже к вечеру восьмого мая, отяжелевший парадный костюм, висел на почётном месте. А девятого мая всей семьёй шли на парад! Все во мне ликовало: было много фронтовиков, играл духовой оркестр, пели песни военных лет! Все вокруг были радостные, счастливые! Мы должны чтить память погибших и бережно относится к живущим Ветеранам!

За ваше мужество в бою,
За вашу боль, за ваши раны,
За жизнь счастливую мою —
Земной поклон вам Ветераны!
А.Фролов

Семьдесят два года Победы! Выросло целое послевоенное поколение, но мы остаёмся прежними и также говорим: главное — это Мир!

Людмила Каменская

 

хэштеги

#тон #тон_м #тонм #тон_минусинск #тонминусинк #минусинск #газета #новости #ton #ton_m #tonm #праздник #праздники #ДеньПобеды #9мая #ДетиВойны

Печать
 
  1. Пока что нет комментариев.