СКАЗКИ ДЕДУШКИ-ЕРШОВА

«Зарыты в нашу память на века
И даты, и события, и лица.
А память как колодец глубока.
Попробуй заглянуть: наверняка
Лицо – и то неясно отразится.»
В.С.Высоцкий

Что мы знаем о своих родственниках? Близких и дальних. У нас есть или были папа и мама, бабушки и дедушки, прадеды и прабабушки. Но иногда даже о них мы не всё знаем. Бывает так, что родители расстались, и связь вовсе утеряна. Мы редко интересуемся своей родословной, вернее, нам не прививают любопытство частной истории. У многих уже нет тех старых фотографий, которые передавались из поколения в поколение, когда в Российской империи гордо произносились слова – я князь или княжна в таком-то поколении, мой прадед купец такой-то гильдии.

Первый раз по этому поводу напрягать «серое вещество» мы начинаем, когда ребёнок, учась в начальных классах, подходит с домашним заданием – нарисовать схему генеалогического древа. В школе ему попытались объяснить что это такое, и теперь на вашу голову сыплются вопросы. А вы только решили расслабиться, сбросив с плеч груз рабочего дня. Начинаете звонить своим родителям, те своим… Становится даже интересно, и мысли о том, что этим надо заняться серьёзно ещё теплятся в вашем подсознании, но недолго.

Второй раз эта волна «накрывает» ближе к сорока годам. Вы уже взрослый, состоявшийся человек с богатым жизненным опытом. Дети выросли, и вы решили заняться поисками дальних родственников. А спросить-то уже порой и некого. Так и живём, не ведая, что, возможно, находимся в родстве со знаменитостями.

Итак!

Живёт в нашем с Вами славном городе Минусинске потомок великого поэта, прозаика и драматурга Петра Павловича Ершова, автора бессмертного произведения «Конька-Горбунка».

«…За горами, за лесами,
За широкими морями,
Не на небе — на земле
Жил старик в одном селе.
У старинушки три сына:
Старший умный был детина,
Средний сын и так и сяк,
Младший вовсе был дурак…».

Помните?

Правнучка известного русского сказочника Майя Григорьевна Рудовская (Ершова) родилась 5 мая 1942 года. Её родители Григорий Александрович и Ида Павловна Ершовы в село Знаменка Минусинского района приехали с Дальнего Востока в 1939 году. Григорий Александрович, отучившись в Ленинграде, в Приморье работал заведующим Горфинотделом, а его жена имела медицинское образование. Красивая и статная женщина Ида Павловна, у которой уже была дочь Нина от первого брака, в 1939 году порадовала Григория рождением сына Александра. Счастливая семья.

Свои повествования Майя Григорьевна начала с военных лет. С тех лет, когда она ещё не родилась, но знает о них из рассказов матери.

— Когда началась война маму, как медицинского работника, сразу призвали в армию. На отца распространялась «бронь», уж очень ценным работником он был. Нина девяти лет и двухгодичный Саша остались на его попечении. О переживаниях отца можно только догадываться. Смотреть на то, как машина увозит на войну твою любимую женщину защищать Родину, а плачущие дети бегут за автомобилем вслед… Даже сейчас говорить сложно – ком в горле.

По прибытии в Красноярск, для дальнейшего прохождения службы, выяснилось, что мама беременна, и её вернули. Теперь уже мама с двумя детьми и со мной в животе провожала на фронт мужа.

Григорий Александрович Ершов был самым младшим в семье и родился 1906 году в Амурской области Игнашенского района в селе Згибнево. Его родители: Александр Петрович Ершов, сын того самого поэта и сказочника, и Екатерина Архиповна Музыченко. Александр Петрович учитель одной из казачьих школ на Амуре замёрз в степи в 1911 году, а сёстры Софья, Елена и Варвара окончили гимназию в Благовещенске и продолжили педагогическую династию. Брат Григория Пётр погиб ребёнком, поэтому Григорий оставался единственным из мужчин, носившим фамилию знаменитого деда.

— Отец ушёл на фронт 27 августа 1941 года. Призван он был Минусинским РВК, Красноярского края в звании сержанта. Я никогда его не видела, не слышала его голос, но мама говорила, что я на него очень похожа и, видимо, у меня его характер. Родилась я «в рубашке», была очень слаба. В своих письмах с фронта отец писал маме: «Если девочка выживет, назови её Маечкой и пусть она будет детским врачом». А в сентябре 1943 года пришла похоронка – ПРОПАЛ БЕЗ ВЕСТИ. Всем было страшно получать такие вести. Толковали же люди по-разному – может попал в плен или ещё что. Неизвестность. Мама писала в Москву в министерство, чтобы назначили хоть какую-то пенсию на двоих ребятишек (на Сашу и на меня). Выбила-таки, и до 18 лет мы получали небольшие деньги.

— Конечно, тогда Вы были совсем маленькой, чтобы сегодня помнить все детали тех сложных военных и послевоенных лет, но прожить детство каждому из нас позволено только однажды. И пусть эти воспоминания часто основаны лишь на особо эмоциональных мгновениях. Всё равно, это дорогого стоит.

— В Знаменке мы прожили до 1949 года. Всё это время мама работала заведующей яслями. Она постоянно ездила в Минусинск в Райпотребсоюз для обеспечения учреждения продуктами. Минусинский Райпотребсоюз занимался снабжением Минусинского района – всем и вся, в городе такого не было, а в районе можно было купить. Завскладом там работал Данила Михайлович Филимонов, и я не знаю чем он смог расположить к себе столь красивую женщину, но в 1950 году мама снова вышла замуж, и мы переехали в Минусинск. Данила Михайлович был старше мамы, его первая жена давно умерла, а две его дочери, 18 и 20 лет, стали нам сёстрами. Мне тогда было 8 лет. Я не помню своего отца, не видела никогда, но Данила Михайловича стала называть папой. Я росла в любви и в ласке. Было очень хорошо и комфортно хоть и ели мы после войны крапиву, а жили в хибарке.

— К сожалению, существует много примеров, когда к приёмным детям относятся не то чтобы с пренебрежением, а вообще никак. Ваш случай, как я понимаю, не из этой категории.

— Вы совершенно правы. Такого начитанного и доброго человека, как отчим я не встречала, он нас воспитывал и в духовном плане. Может время такое было, что люди добрее были, что ли. Раньше, знаете, ещё лампы керосиновые были (электричество позже до нас дошло). Отчим книги покупал всегда, в нашем доме была целая библиотека. И вот вечером сядем, мама вышивает или рефитит (рефичёные шторы на выбеленноймешковине или салфетки, пробитые узоры), а отец нам читает и классику, и современную литературу при керосиновой-то лампе: «Война и мир», «Воскресение» Л.Н.Толстого, «Искры» М.Д.Соколова. Представляете, как это всё было? Читает и на самом интересном месте (как у нас сейчас реклама в фильме) говорит: «Пойду, перекурю», а мы ждём с нетерпением продолжения. Вот так вот проходили наши вечера. Телевизоров не было, но зато по радио театральные постановки были интересные.

— Шли годы, отправился в другой мир «отец народов», страна менялась, а вместе с ней наверняка и жизнь юной Майи?

В 50-е годы мы жили прекрасно. С нетерпением ждали праздников, потому что всегда были уценки. Цены снижали, и люди могли что-то купить. У многих было своё хозяйство, держали скот. Строились сами, на государство не надеялись. Могли себе это позволить, хорошо жили. Сейчас гости придут, открываешь холодильник и угостить нечем порой, а тогда открыл ларь – там и утки, и куры, свинина, говядина, баранина. У нас здесь «Металлист» был, так туда зайдёшь, и глаз радуется. Только масло было нескольких видов и сливочное, и солёное, и шоколадное, и топлёное и всё это не пачечками, а целыми брикетами. Икра красная и черная, колбасы разные, а селёдки сколько было! И всё по доступной цене. При Хрущёве произошли большие изменения в этой сфере и не только… Да и сейчас заходишь в магазин, как на экскурсию – есть всё, а радости никакой. В те годы в ведении отца, работающего завскладом, было всё — от соли и гаек до импортных вещей (китайских). Это сейчас на китайские вещи без слёз не глянешь, а тогда Китай ценился, всё было сделано с иголочки. Так я как куколка ходила (перчаточки, платьица).

— Когда Вы узнали, что Ваш отец является потомком писателя Петра Павловича Ершова, а Вы, соответственно, правнучкой? Сложно представить, какой груз ответственности добавила эта новость. Более того, многие бы на вашем месте попросту зазнались.

— Узнала я, что правнучка Ершова ещё в школьные годы. Мама рассказала о родном отце, о его корнях. Рассказала и о наказе отца – выучиться и стать детским врачом. Играя на улице со сверстниками или дома с игрушками, я представляла себя доктором и всех лечила. Бывало, соседи жаловались на меня маме: «Майя опять оцарапала моего сына или дочь», всё прививки ставила, да уколы(улыбается).

Я нигде не афишировала своё происхождение, да и ни к чему это было. Брат носил фамилию отчима – Филимонов, я – Ершова, а объяснять и доказывать – зачемВот если бы сейчас с высоты

своего возраста – у меня столько вопросов… А тогда я жила в каком-то вакууме, мне всё было до лампочки: Где что? Где дедушки, бабушки? Меня это не волновало.

Скромная, с добрым глазами, улыбчивая женщина, сидящая передо мной, ещё раз переживая в воспоминаниях далёкие дни прошлого, нервно перебирая пальцами, продолжает рассказ.

— Сомнений у меня после окончания десятого класса не было. Я целенаправленно поступила в Красноярский медицинский институт на факультет педиатрии по наказу Григория Ершова, моего отца. В то время, когда я училась на первом курсе, отчим умер от инсульта. Тяжеловато тогда было. Учась на пятом курсе, я вышла замуж. С мужем мы знакомы с детства, выросли вместе, он тогда тоже был студентом, только «Политеха». Там же в Красноярске у нас родился сын Олег.

— Майя Григорьевна, как же Вы снова оказались в Минусинске? Неужели не хотелось остаться в Красноярске?

— В наше время после окончания института молодые специалисты разъезжались по распределению в те места и города, где были востребованы наши профессии. И так как Минусинск нуждался в кадрах, то мы с мужем оказались на родной земле.

После распределения я получила благоустроенную двухкомнатную квартиру в придачу с местом в ясельках для маленького Олега. Всё для молодых специалистов тогда было. Лёва (муж мой) работал инженером по технике безопасности, а потом уже и главным инженером на «ликёрке». По партийной линии его перевели на должность директора пивзавода. Уже в Минусинске 1973 году родилась дочь Варвара. По стопам предков, несознательно конечно, она получила педагогическое образование – иняз французский. Дети живут в Красноярске. Варвара работает в «Комсомолке» в пресс-центре, а Олег выучился на экономиста, факультет финансы и кредит, имеет своё дело. Отчасти благодаря ему у нас достойная старость.

Всю жизнь Майя Григорьевна проработала детским врачом, последние пять лет перед пенсией преподавала в медицинском колледже, детские болезни. И вот пришло то время, когда хочется знать…

Родиться во время Великой Отечественной войны не значит являться ребёнком войны, это нужно доказать, предоставив похоронку с датой и местом гибели родственника. «Пропал без вести» – не считается. Наша героиня оказалась именно в такой ситуации. В поисках места гибели своего отца в 2012-2013 годах она писала в архивы Москвы и Подмосковья, но приходили отписки – «Будем рассматривать, когда подойдёт очередь», а через полгода написали, что никаких данных нет. Как доказать, что твой отец не попал в плен и не предатель, что он герой и погиб на полях сражений за Родину?

Хорошо, что есть дети настойчивые и желающие «быть в курсе» исторических событий. Одной из них оказалась дочь нашей собеседницы. В глубинах интернета ей удалось «раскопать» данные о погибших, а потом и сам документ, отражающий факт нахождения Григория Александровича на Ленинградском фронте. Местом гибели дедушки оказалось местечко «Старая Русса», где в сентябре 1943 года в ходе Старорусской операции погибли тысячи русских солдат.

Добрая им память! И ведь согласитесь, Майя Григорьевна, именно желание помнить подталкивает нас в зрелом возрасте к более тесному общению со своими родственниками, с которыми до сего момента, может быть и никогда не встречались. Это уже коллективная память получается! Вам доводилось встречаться с дальними родственниками, которые так же, как и Вы, имеют все основания гордиться своим именитым предком?

— В г. Ишиме в культурном центре П.П.Ершова 2015 году было празднование 200-летия со дня рождения великого русского писателя. Меня, конечно, приглашали и родственников всех. Народу было… с востока, из Москвы, из Америки (Зея с дочкой и внучкой), от нас – дочь моя Варвара и дочь моего брата Саши ездили. А с Зеей (дочь Елены Ершовой, сестры Григория Александровича, отца Майи) у нас очень тёплые отношения. Она звонит мне из Америки, мы подолгу болтаем. Нас двое осталось правнучек-то. Продолжателей рода больше нет.

А разве Ваши дети и внуки не продолжатели рода? Кстати, Вы взяли пример со своего отчима? Читали Вашим ребятишкам и их детям книжки вслух?

— Знаете, все говорят, что к внукам относятся лучше, чем к детям, что их любят больше. А я скажу – нет. Внуков любишь не больше, их жальче. Ведь наши дети, как и мы в своё время, также были недоласканы, недолюблены, недоглядены, а хочется дать большего. Конечно, мы читали, и много. Дети мои любят читать, и внуков от книжки не оторвёшь. Может сказываются гены – и сын мой и дочь пишут стихи…

*****

Да не сокрушится дух мой прежде тела!
Господи! Тебе ведь всё равно!
Сделай так, чтоб птицей отлетела,
А не завалилась, как бревно…

Е.А.Благинина

Эти четыре строчки, являющиеся теперь девизом нашей героини, закончили нашу беседу с правнучкой русского поэта. Многое я опустила из нашего разговора. А сколько стихов о маме и об отношении друг к другу я услышала из уст этой скромной женщины. Здоровья Вам, дорогая Майя Григорьевна.

В этом году Лев Аронович и Майя Григорьевна отмечают золотую свадьбу, 50 лет совместной жизни. Им удалось всё – сохранить нежные и тёплые чувства, вырастить и достойно воспитать детей и внуков. Думается, что правнуки в этой замечательной семье будут гордиться своим генеалогическим древом.

Беседовала Лариса Юдина

Печать
 
  1. Гелена
    10 июня 2016 в 23:30 | #1

    Счатья ЗОЛОТОЙ чете!! Вдохновения, мечт осуществления, процветания потомкам гениального Ершова!!!! Статья отличная! Спасибо!!!!

  2. Александр Сергеевич
    11 июня 2016 в 14:20 | #2

    Это наша история. Это наша гордость!